Данте Алигьери. (Dante Alighieri)
Божественная комедия.
АД
ПЕСНЬ ВТОРАЯ
1 День уходил, и неба воздух темный Земные твари уводил ко сну От их трудов; лишь я один, бездомный, 4 Приготовлялся выдержать войну И с тягостным путем, и с состраданьем, Которую неложно вспомяну. 7 О Музы, к вам я обращусь с воззваньем! О благородный разум, гений свой Запечатлей моим повествованьем! 10 Я начал так: "Поэт, вожатый мой, Достаточно ли мощный я свершитель, Чтобы меня на подвиг звать такой? 13 Ты говоришь, что Сильвиев родитель, Еще плотских не отрешась оков, Сходил живым в бессмертную обитель. 16 Но если поборатель всех грехов К нему был благ, то, рассудив о славе Его судеб, и кто он, и каков, 19 Его почесть достойным всякий вправе: Он, избран в небе света и добра, Стал предком Риму и его державе, 22 А тот и та, когда пришла пора, Святой престол воздвигли в мире этом Преемнику верховного Петра. 25 Он на своем пути, тобой воспетом, Был вдохновлен свершить победный труд, И папский посох ныне правит светом. 28 Там, вслед за ним. Избранный был Сосуд, Дабы другие укрепились в вере, Которою к спасению идут. 31 А я? На чьем я оснуюсь примере? Я не апостол Павел, не Эней, Я не достоин ни в малейшей мере. 34 И если я сойду в страну теней, Боюсь, безумен буду я, не боле. Ты мудр; ты видишь это всё ясней". 37 И словно тот, кто, чужд недавней воле И, передумав в тайной глубине, Бросает то, что замышлял дотоле, 40 Таков был я на темной крутизне, И мысль, меня прельстившую сначала, Я, поразмыслив, истребил во мне. 43 "Когда правдиво речь твоя звучала, Ты дал смутиться духу своему, - Возвышенная тень мне отвечала. - 46 Нельзя, чтоб страх повелевал уму; Иначе мы отходим от свершений, Как зверь, когда мерещится ему. 49 Чтоб разрешить тебя от опасений, Скажу тебе, как я узнал о том, Что ты моих достоин сожалений. 52 Из сонма тех, кто меж добром и злом, Я женщиной был призван столь прекрасной, Что обязался ей служить во всем. 55 Был взор ее звезде подобен ясной; Ее рассказ струился не спеша, Как ангельские речи, сладкогласный: 58 О, мантуанца чистая душа, Чья слава целый мир объемлет кругом И не исчезнет, вечно в нем дыша, 61 Мой Друг, который счастью не был другом, В пустыне горной верный путь обресть Отчаялся и оттеснен испугом. 64 Такую в небе слышала я весть; Боюсь, не поздно ль я помочь готова, И бедствия он мог не перенесть. 67 Иди к нему и, красотою слова И всем, чем только можно, пособя, Спаси его, и я утешусь снова. 70 Я Беатриче, та, кто шлет тебя; Меня сюда из милого мне края Свела любовь; я говорю любя. 73 Тебя не раз, хваля и величая, Пред господом мой голос назовет. Я начал так, умолкшей отвечая: 76 "Единственная ты, кем смертный род Возвышенней, чем всякое творенье, Вмещаемое в малый небосвод, 79 Тебе служить - такое утешенье, Что я, свершив, заслуги не приму; Мне нужно лишь узнать твое веленье. 82 Но как без страха сходишь ты во тьму Земного недра, алча вновь подняться К высокому простору твоему?" 85 "Когда ты хочешь в точности дознаться, Тебе скажу я, - был ее ответ, - Зачем сюда не страшно мне спускаться. 88 Бояться должно лишь того, в чем вред Для ближнего таится сокровенный; Иного, что страшило бы, и нет. 91 Меня такою создал царь вселенной, Что вашей мукой я не смущена И в это пламя нисхожу нетленной. 94 Есть в небе благодатная жена; Скорбя о том, кто страждет так сурово, Судью склонила к милости она. 97 Потом к Лючии обратила слово И молвила: - Твой верный - в путах зла, Пошли ему пособника благого. - 100 Лючия, враг жестоких, подошла Ко мне, сидевшей с древнею Рахилью, Сказать: - Господня чистая хвала, 103 О Беатриче, помоги усилью Того, который из любви к тебе Возвысился над повседневной былью. 106 Или не внемлешь ты его мольбе? Не видишь, как поток, грознее моря, Уносит изнемогшего в борьбе? - 109 Никто поспешней не бежал от горя И не стремился к радости быстрей, Чем я, такому слову сердцем вторя, 112 Сошла сюда с блаженных ступеней, Твоей вверяясь речи достохвальной, Дарящей честь тебе и внявшим ей". 115 Так молвила, и взор ее печальный, Вверх обратясь, сквозь слезы мне светил И торопил меня к дороге дальней. 118 Покорный ей, к тебе я поспешил; От зверя спас тебя, когда к вершине Короткий путь тебе он преградил. 121 Так что ж? Зачем, зачем ты медлишь ныне? Зачем постыдной робостью смущен? Зачем не светел смелою гордыней, 124 Когда у трех благословенных жен Ты в небесах обрел слова защиты И дивный путь тебе предвозвещен?" 127 Как дольный цвет, сомкнутый и побитый Ночным морозом, - чуть блеснет заря, Возносится на стебле, весь раскрытый, 130 Так я воспрянул, мужеством горя; Решимостью был в сердце страх раздавлен. И я ответил, смело говоря: 133 "О, милостива та, кем я избавлен! И ты сколь благ, не пожелавший ждать, Ее правдивой повестью наставлен! 136 я так был рад словам твоим внимать И так стремлюсь продолжить путь начатый, Что прежней воли полон я опять. I39 Иди, одним желаньем мы объяты: Ты мой учитель, вождь и господин!" Так молвил я; и двинулся вожатый, 142 И я за ним среди глухих стремнин.
